В Омске продолжается расследование незаконного использования персональных данных 10-летней школьницы Арины. Следственный комитет в пятый раз возбудил уголовное дело по ч. 3 ст. 272.1 УК РФ.
По данным следствия, с 2019 года неустановленные лица эксплуатировали данные девочки в корыстных целях. Мама ребёнка Мария получала письма с требованиями оплатить сборы по исполнительным производствам. Если суммировать все эти требования и чужие долги, то сумма получается внушительная: более 10 млн рублей.
Юрист Руслан Мальцев специально для omsk.aif.ru разобрал ситуацию, в которой оказалась маленькая должница, и рассказал, что делать, если подобный случай повторится.
Ошибка или системность?
Руслан Мальцев подчёркивает: в основе ситуации лежит ошибка идентификации — человеческий фактор. По его словам, ключевой момент в том, что номер СНИЛС ребёнка массово использовали не потому, что он изначально фигурировал в чужих договорах, а потому, что конкретный сотрудник ФССП внёс его в графу «дополнительный идентификатор должника» вместо того, чтобы отклонить заявление взыскателя.
Юрист акцентирует: «Важно разграничивать два сценария. Если в самом договоре изначально был указан СНИЛС ребёнка — это один правовой вопрос (возможно, речь о признании договора ничтожным)».
Эксперт ссылается ст. 166 ГК РФ – оспоримые и ничтожные сделки.
«Нужно понять, в кредитных договорах различных физических лиц с различными банками в качестве СНИЛС указывался номер СНИЛС этой девочки, — говорит Руслан Мальцев. — Если это так, то каждый из этих кредитных договоров является по своей сути ничтожным».
Логика такая: ребёнок не обладает дееспособностью для заключения такого договора, значит, сделка изначально не соответствует закону (ст. 168 ГК РФ, которая регулирует основания для признания договора как сделки недействительным, если он нарушает требования закона или иного правового акта.). Суд, установив это, применит последствия недействительности — то есть аннулирует договор, и требования к ребёнку прекратятся.
Но если сотрудник сам ошибочно ввёл чужой номер в свою базу — это вопрос ошибки идентификации и действий должностного лица.
Особую тревогу у Мальцева вызывает систематичность. Он отмечает: когда одно и то же происходит многократно (в деле фигурируют десятки исполнительных производств), это уже не разовая опечатка. В такой ситуации можно говорить о халатности должностного лица — когда сотрудник раз за разом повторяет ошибочное действие, либо, в более тяжёлом сценарии, о злоупотреблении должностными полномочиями.
Путь защиты
Юрист рекомендует не ограничиваться простой отменой постановлений приставов. По его мнению, разумнее выстроить стратегию так: сначала оспорить в суде сами действия (бездействие) пристава или решения, а уже на этом основании ставить вопрос о взыскании компенсации.
Он поясняет: если просто писать «прошу отменить постановление», приставы могут формально устранить ошибку и закрыть вопрос. Но это не решает проблему в корне — ситуация рискует повториться. А когда суд в рамках дела истребует материалы, изучает всю цепочку и устанавливает вину, появляется база для гражданского иска.
Моральный вред
Руслан Мальцев указывает: если суд признает действия пристава незаконными, законный представитель ребёнка (мать) вправе подать иск о возмещении вреда, в том числе морального. Он ссылается на статью 1069 Гражданского кодекса РФ: вред, причинённый незаконными действиями (бездействием) государственного органа или его должностного лица, подлежит возмещению. Ответчиком по такому иску будет Российская Федерация, а в суде её интересы представляет ФССП России. При этом суду предстоит установить три элемента: факт вреда, вину пристава и причинно-следственную связь между действиями и наступившими последствиями.
Юрист добавляет: стресс, переживания — всё это весомые аргументы для суда при оценке морального вреда. Он советует зафиксировать состояние матери девочки-должницы и самого ребёнка (например, обратиться к клиническому психологу, собрать медицинские справки) — это усилит позицию.
Как всё началось
Проблемы начались, когда трёхлетней девочке в базе приставов ошибочно присвоили коммунальный долг с Камчатки. Впоследствии с 2024 года на ребёнка стали массово начислять обязательства — от банковских кредитов до исполнительских сборов из разных регионов (Мытищи, Белгород и др.), причём часть долгов относилась к периоду до её рождения.
Причиной цепочки нарушений могла стать ошибка пристава.
Ситуация усугубляется тем, что СНИЛС невозможно заменить: он выдаётся единожды, а специального механизма аннулирования или замены скомпрометированного номера не предусмотрено. В результате уязвимые данные остаются в обороте и доступны всем, кто уже успел их задействовать.
Мнение мамы и комментарии ведомств
В облпрокуратуре от комментариев отказались. Ранее ведомство в четвёртый раз отменило уголовное дело по факту использования персональных данных школьницы.
В СУ СК России по Омской области корреспонденту omsk.aif.ru сообщили, что расследование уголовного дела продолжается: «6 октября был допрос мамы девочки. На данный момент у девочки и её семьи нет новых чужих начислений по исполнительским сборам».
Мама Арины Мария больше всего хотела бы, чтобы информация о новых долгах больше не поступала, но пока не найдены виновные, по мнению женщины, нет гарантий, что ситуация не повторится.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
«Пойди судись сама!» Мама 10-летней должницы сказала о новом уголовном деле 
«Это техническая ошибка». Эпопея 10‑летней должницы из Омска продолжается 
Где конец? 10-летняя школьница из Омска годами отбивается от чужих долгов 
Неужели закончится? Появился шанс решить беду 10-летней должницы из Омска 
Ещё и машина? В деле 10-летней должницы случился неожиданный поворот