aif.ru counter
1069

«Преступлений без улик не бывает». Омский криминалист делится опытом

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 10. АиФ в Омске 09/03/2016
Юрий Петровский занимается криминалистикой уже больше 20 лет
Юрий Петровский занимается криминалистикой уже больше 20 лет © / Александра Горбунова / АиФ

Все эксперты-криминалисты, которые 1 марта отмечают день своей службы, обладают удивительным качеством – видеть невидимое. Причём иногда в самом прямом смысле слова. А ещё они уверены, что преступлений без улик не бывает, и доказывают это своей ежедневной работой.

Юрий Петровский в экспертно-криминалистическом центре УМВД России по Омской области работает уже 24 года. В 1992 году, будучи выпускником медицинского института, устроился на работу в правоохранительные органы – временно, как думалось ему в то время.

«Считал, что пришёл на пять минут, а прошло уже больше 20 лет, - говорит Юрий Константинович. – Хотел работать судмедэкспертом, но в 1990-х годах по этой специальности непросто было найти работу. Поэтому решил пойти в криминалисты».  

Глаза и лупа  

Ольга Емельянова, «АиФ в Омске»: - Юрий Константинович, сейчас собирать улики и работать с ними помогает множество новых технологий. Как в 90-х годах обходились без всего этого: современных компьютеров, мощных микроскопов?..  

Юрий Петровский: - Самый простой пример – дактилоскопическая экспертиза. В 90-х годах у нас была обычная картотека с образцами «пальчиков», которые эксперт-криминалист сверял вручную(!), чтобы найти подозреваемого в базе. То есть у человека из инструментов - его собственные глаза и лупа. Я тоже сверял образцы с картотекой, поскольку начинал работу с дактилоскопии, но очень редко, поскольку был один человек, который конкретно занимался этим направлением. Сейчас же существует система «Папилон», где все данные сведены в электронном виде. Иными словами, система сама ищет похожие образцы в базе.

- Какие экспертизы вы сейчас проводите?

- Я начинал с дактилоскопической и экспертизы холодного оружия – это можно назвать самыми основами криминалистики. Потом получил допуск к проведению трасологии – экспертиза исследует следы обуви, автотранспорта, определяет орудие взлома на месте преступления и так далее; также занимаюсь технико-криминалистической экспертизой документов и почерковедением.

Следы обуви, найденные на месте преступления. Фото: АиФ/ Александра Горбунова

- Если не ошибаюсь, почерковедение – самая сложная специализация? Тут ведь никакие технологии работу не облегчат.

- Все экспертизы непростые, но почерковедение на самом деле считают самой сложной. Смысл её стоит в том, что, например, мне приходит объект исследования и образец. Вопрос в том, одним ли лицом выполнены конкретные записи? Есть определенная методика, согласно которой проводится экспертиза. Понятное дело, что всё делается вручную и без внимательности здесь не обойтись.  

- Подделку почерка или подписи всегда можно определить?

- Да, но важен объём исследуемого материала. Если будет изображён один элементарный петлевой элемент, в смысле обычная петля на бумаге, то по нему что-либо конкретное не скажешь.

- Вы верите в то, что по почерку можно определить характер человека?

- Я не очень хорошо отношусь к подобной науке и не верю в то, когда говорят, что почерк связан с характером человека, его наклонностями и способностями. У каждого просто вырабатывается свой почерк, и всё. Однако можно отличить мужской почерк от женского, определить, в каком состоянии находится человек в момент, когда он что-либо писал. Я имею в виду наличие сбивающих факторов, но при этом нельзя отличить алкогольное опьянение от просто эмоционального возбуждения.

Запах преступления 

- Сильно ли отразилось время на характере экспертиз? На специфике преступлений в нашем городе?

- На мой взгляд, по сравнению с 90-ми годами прошлого века уменьшилось число квартирных краж и тяжких преступлений. Что касается экспертиз, то возросло число почерковедческих, что связано с волной различного рода мошенничеств – следствие бесчисленного количества предприятий, всевозможных ИП, ЧП, ООО… Не потеряли актуальность и экспертизы холодного оружия – преступлений с их использованием меньше, увы, не становится. Ещё есть интересный момент с фальшивомонетчиками – их число тоже уменьшилось, и такого наплыва поддельных купюр, которые были в конце 90-х – начале 2000-х годов сейчас уже нет.

- Обычный человек поддельную купюру от настоящей сможет отличить?

- Ненастоящую купюру в 1000 руб., которую подделывают чаще всего, даже специалист не сразу сможет различить. Купюру нужно смотреть под микроскопом и УФ-лучами. 5000-ные банкноты подделывают реже, и качество у них настолько плохое, что обычный человек сможет сразу понять, что с ней что-то не так – размытая печать, другая бумага. «Сторублёвки» и другие банкноты подделывать невыгодно – это просто не окупается у фальшивомонетчиков.

- А краж, на ваш взгляд, почему меньше стало? Преступников пугают сигнализации и камеры наблюдения?

- Скорее, железные двери, хотя теоретически любой замок можно вскрыть. Я помню, как в 90-е годы мы выезжали с подозреваемым на место преступления, и следователь задал ему вопрос: «Почему вы вскрыли именно эту дверь?». Он ответил, что проще открыть четыре деревянных двери практически с ноги, чем возиться с железной дверью и замками на ней. К тому же сейчас преступники действительно начинают пасовать перед камерами видеонаблюдения в подъездах и сигнализацией.

Первым делом криминалисты ищут отпечатки пальцев. Фото: АиФ/ Александра Горбунова

- Умнее преступники не становятся? Может, сейчас они научились не оставлять улик на месте преступления?

- Улики можно найти практически на любом месте преступления. Первым делом мы ищем отпечатки пальцев. Если человек надевает перчатки, то, например, может их снять, когда трогает руками мелкие предметы. Даже если нет следов пальцев, если преступник не взламывал дверь, то можно найти следы ДНК – уже больше года в Омске работает геномная экспертиза, объектами исследования для которой может стать слюна, волосы, кровь, окурки и так далее. Существуют даже запаховые следы, мы их можем изъять, но исследовать – пока нет. Это направление называется одорология.

- Какой процент раскрытых преступлений зависит от работы  криминалистов?

- В процентах сказать сложно, но часто криминалисты помогают раскрыть дело. Самый простой пример - отпечатки пальцев, оставшиеся на месте преступления и  потом обнаруженные в базе. Недавно мой коллега помог раскрыть угон автомобиля именно таким способом.

- Юрий Константинович, у вас есть допуск к проведению пяти экспертиз – вам этого объема работы хватает или, быть может, что-то ещё освоить хотите?  

- Работы хватает, но, возможно, я бы ещё мог заняться портретной экспертизой – то есть, когда лицо человека, который совершил преступление, сопоставляют, например, с видеозаписью, он это или не он? Видеонаблюдения сейчас очень хорошо помогают в раскрытии преступлений. Даже если ты не видишь лица преступника, ты можешь проследить последовательность его действий – к чему он прикасался, и уже понимаешь, где стоит брать отпечатки пальцев. Иными словами, в таких случаях объём работы виден сразу.

Досье
Юрий Петровский, эксперт-криминалист. Окончил Омский медицинский институт в 1989 году, работал санитарным врачом, после чего в 1992 году устроился на работу в экспертно-криминалистический центр УМВД России по Омской области. Помимо работы имеет ряд хобби – коллекционирует монеты, значки, ламповые приёмники середины прошлого века.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах