Ночь в десятиэтажном доме на улице Кирова в Омске оборвалась одним резким звуком — глухим хлопком, от которого содрогнулся воздух. Журналистка omsk.aif.ru, проживающая в этом доме, проснулась и первым делом бросилась в детскую: там было тихо, ребёнок спал. Но когда она вернулась в спальню, её встретил жуткий вид из окна: в угловом подъезде сквозь проём между вторым и третьим этажами прорывалось пламя.
В голове пронеслось самое страшное: в доме газопровод — а вдруг сейчас будет взрыв? В эти секунды она пыталась набрать 112, но тут же услышала вой сирен: пожарные прибыли почти мгновенно. Только вот помочь сразу они не могли.
Хронология событий — в материале omsk.aif.ru.
Как двор превратился в ловушку
Проезд к подъезду был заблокирован. Полусферы, установленные для ограничения движения, и автомобили, припаркованные вплотную, превратили двор в непроходимый лабиринт. Спецтехника МЧС не могла вписаться в узкий проезд. Пожарные не имели возможности поставить автоцистерну вплотную к подъезду, откуда вырывались языки пламени. Им оставалось тянуть рукава по земле — на десятки метров, теряя те самые секунды, которые в горящем доме равны жизни.
В это время из окон горящего подъезда неслись крики: людям нечем было дышать. Дым стремительно заполнял квартиры. Подъезд был тупиковым, с единственным проездом — и он оказался перекрыт. А те из из жильцов, чьи машины стояли в неположенных местах, не спешили выбегать и помогать освободить путь. Казалось, что беда — это где-то далеко и совсем не про них.
«Если бы водители вышли и отогнали машины, мы могли бы подъехать ближе. Но даже из всей техники смог сманеврировать только КаМАЗ. Уралы, которые длиннее, просто не могли проехать», — вспоминает начальник первого караула пятой пожарно‑спасательной части Антон Лочков, возглавлявший тушение пожара.
Борьба с огнём и спасение
Пока снаружи тянули линии, газодымозащитники вошли внутрь — именно они первыми вступили в схватку с огнём. Тушили сразу с двух сторон: лили воду изнутри, сбивая пламя в эпицентре, и снаружи, не давая огню перекинуться выше.
«Повезло, что горела кладовка, а не квартира. В квартире пожар развивался бы иначе: потребовалось бы больше воды, а техника, которая не смогла подъехать близко, только увеличила бы время на прокладку рукавов. Это всё — минуты, а минуты здесь — жизни», — объясняет Лочков.
Важно локализовать пожар, не дать ему пойти выше, и одновременно проводить эвакуацию и спасать людей. Спасение людей— главное!
Детей выносили на руках — испуганных, прижимавшихся к спасателям в специальных масках. Среди последних эвакуированных оказался слабовидящий мужчина с верхнего этажа: его вели под руки, не отпуская ни на секунду. Те, кого вывели вдруг вспомнили о мужчине в возрасте и сообщили пожарным, что мужчина может запаниковать и ввиду своего плохого зрения попасть в тяжёлую ситуацию. Всего из дома вывели 18 человек, включая четверых детей. Полураздетые, взволнованные. Но все живы. Никто не пострадал.
Работа спасателей была настолько слаженной, что не вызывала вопросов, наоборот: вызывала искреннее восхищение.
Пока не приехал автобус для пострадавших, пожарные предлагали людям погреться в своих машинах. Они не просто спасли и на этом работа окончена — они успокаивали, объясняли, что происходит, и как не допустить подобного в будущем, отвечали на вопросы.
В эти минуты двор, обычно такой равнодушный и будничный, вдруг стал общим домом, где беда у всех была одна. Соседи из других подъездов забирали к себе полураздетых жильцов. Один мужчина вынес целую упаковку минеральной воды для пожарных — и бойцы были ей рады.
«Нам нередко выносят воду, понимая, как она необходима тем, кто выходит из очага пожара. Неравнодушных достаточно, и это радует!» — говорит Антон Лочков.
Кладовка, которая чуть не стала катастрофой
Причиной возгорания стало кладовое помещение между вторым и третьим этажами. Что именно там загорелось, пока не установлено. Но пожарные знают эту опасность: летом в таких кладовках часто хранят самокаты, а их батареи могут самовозгораться или вспыхивать на зарядке.
Тот самый хлопок, который разбудил журналиста, по словам Лочкова, произошёл из‑за лопнувшего стекла. Внутрь ударил поток воздуха, и случился резкий выброс пламени и дыма.
Что остаётся, когда сирены умолкают
Когда все закончилось, во дворе наступила тишина, в которой невозможно было уснуть. Пожар длился недолго, но оставил страх и вопросы, на которые не хочется отвечать, и понимание, насколько хрупкой может быть безопасность в собственном доме.
Мысли были про то, как двор, который мы считаем своим, может стать препятствием для тех, кто спешит на помощь. Про то, что будучи профессионалом своего дела, никто не отменяет возможности оставаться человечным. Про то, как одна кладовка и небрежно оставленные вещи могут поставить под угрозу десятки жизней. И про то, как важны те, кто не остаётся в стороне: кто приносит воду, и забирает к себе испуганных людей.
Хочется верить, что эта ночь станет не просто воспоминанием, а поводом задуматься. О том, где мы паркуем машины. О том, что храним в общих помещениях. И о том, что время, потерянное на объезд и протягивание рукавов, — это не цифры в отчёте. Это чьи‑то вдохи. И каждый из них на счету.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
«Ситуация под контролем». Что известно об атаке БПЛА по Омску 24 октября 
Когда уходят вместе. Стерлитамак напомнил, как Россия теряет семьи целиком 
«Кожа — это орган». Врач из Омска рассказал, почему люди умирают от ожогов 
Загорелся утеплитель? 11 человек попали в больницу после пожара на стройке