Каждый год 25 мая в Международный день пропавших детей мы вспоминаем тех, кого так и не дождались дома. Среди тысяч нераскрытых историй — трагедия семьи Некрасовых из Омска.
Весной 2008 года 13-летняя Даша Некрасова вышла из школы в Омске и бесследно исчезла. Экс-оперуполномоченный, а ныне детектив Намиг Аббасов, который участвовал в той облаве, рассказал omsk.aif.ru, почему дело зашло в тупик и есть ли у девочки шанс найтись спустя почти два десятилетия.
Ушла и не вернулась
Тот день не предвещал беды. Старшая сестра Даши, собравшая младшую в школу, даже приготовила для неё обед и разложила баскетбольную форму — после уроков девочка должна была бежать на любимую тренировку.
Всё рухнуло вечером. Сестра вернулась домой и увидела нетронутую еду. Никто из друзей не знал, где Даша. Последней её видела одноклассница, с которой они вместе вышли из школы, и пошли по домам. Но на деле всё оказалось иначе.
Когда через несколько дней в колодце неподалёку нашли разбитый пополам телефон девочки, оперативники отследили маршрут. К ужасу родных, Даша пошла не домой, а в противоположную сторону. Тогда и родились две основные версии: несчастный случай (провалилась в колодец, тело унесло водой) или похищение.
«Проверяли по 30 мужиков в день»
Намиг Аббасов в 2008-м работал в уголовном розыске Первомайского отдела Омска. Масштаб поисков, по его словам, был колоссальным: подняли СОБР, ОМОН, всё городское УВД.
«У нас каждый день в 9 утра — планёрка, человек 30 только начальников. В мои задачи входила отработка ранее судимых. Только я опросил человек 15. А всего в день поступало до 1000 звонков от неравнодушных людей, которые заприметили кого-то подозрительного», — вспоминает экс-полицейский.
Проверяли всех. Ежедневно в отделение приводили до 30 мужчин, снимали отпечатки, сверяли алиби. «Город и округ практически закрыли. Почти все машины останавливали, проверяли», — говорит Аббасов. Однако зацепок не было.
Умышленное похищение?
«Она сама не могла потеряться. Если бы несчастный случай, то нашли бы следы, тело. Но не нашли. Значит, похитили. Вероятность этого — крайне высокая», — заявляет Аббасов.
Но почему преступник так и не дал о себе знать? Ни выкупа, ни требований. Эксперт напоминает мрачную криминальную статистику: похититель мог умереть. Или сесть за другое преступление на 20 лет.
«Бывает, сидит человек за кражу, и ему говорят: „Признайся в убийстве — смягчим приговор“. Но даже такого не было по делу Даши. Молчание — это страшный знак», — констатирует сыщик.
Сбил и закопал?
Не исключает бывший опер и трагическую случайность.
«Кто-то мог сбить её на машине. Вокруг никого, ни свидетелей. Испугался, запихнул в багажник, вывез в лес и закопал. Это разовое преступление. Такой человек не пойдёт снова детей сбивать. Он сидит тихо, работает. И найди его теперь...» — рассуждает Аббасов.
Обыскали всё — канализационные люки, гаражи, очистные сооружения, чердаки и подвалы.
«Первые две недели — золотое время. Мы каждый метр исходили. Проверяли каждый куст, даже на деревья залезали», — признаётся бывший оперуполномоченный.
«Могут не найти никогда»
Сейчас, спустя 18 лет, надежда найти Дашу тает с каждым годом. Но не исчезает полностью.
«Надежда есть всегда — пока ты не нашёл живого человека или тело. В правовом поле дело не закрывается никогда. Даже сейчас, если поймают маньяка в Сибири, его будут проверять: где он был в 2008 году в Омске?» — объясняет Аббасов.
Но есть и латентный сценарий: «Похититель мог умереть. Ни её нет, ни того, кто украл. И как найти? Никак. Такое бывает».
Главная проблема 2008 года — отсутствие камер и технологий. Сейчас, уверен экс-оперуполномоченный, шансов было бы куда больше.
«В 2008 году камер — ноль. Сейчас мы бы посмотрели маршрут, машины. А тогда — только фотороботы, в том числе от „ясновидящих“. Звонили люди из других регионов: „Я нарисовала портрет преступника“ — и мы проверяли. Кажется бредом? Но хватались за любую соломинку», — признаёт сыщик.
ИИ, загранпаспорта и базы Интерпола
Аббасов уверен: старые методы не работают. Технологии ушли вперёд, и искать Дашу нужно... во всём мире.
«Первое: я бы составил фоторобот Даши в 30 лет. Искать 13-летнюю девочку — бесполезно. По старым фото её уже не узнать. Нужно прогнать это фото через ИИ и базы Интерпола», — предлагает Аббасов.
Второе — версия вывоза за границу. В 2008 году коррупция на границе с Казахстаном была дикой.
«Платишь 500 тысяч рублей (по тем временам — цена квартиры), пичкаешь ребёнка снотворным, говоришь: „Это моя дочь, мать бросила“. И всё. Делают палёный паспорт, и она уже в Германии. Искать её нужно там — через генетические базы, больницы, вдруг человек в аварию попал и память потерял», — рассуждает эксперт.
Шанс найти живой
На вопрос «Есть ли шанс?» Аббасов отвечает честно: «Если похитили — первые трое суток решают всё. Прошло 18 лет. Шансы — минимальные. Но бывали случаи, когда людей находили через 20 лет в сексуальном рабстве. Всякое бывает».
Единственный реальный путь сегодня — современные ДНК-базы и международный розыск. Семья Некрасовых по-прежнему ждёт.
«Я всегда хочу думать о хорошем. Может, она на Гавайях живёт. Мы же не знаем», — уточняет Аббасов.
В День пропавших детей, эта история — напоминание всем нам: технологии бессильны, когда молчат люди. Если вы что-то знаете об исчезновении Даши Некрасовой — помогите следствию. Возможно, где-то за границей живёт девушка, которая даже не помнит, что когда-то её звали Даша и она очень любила баскетбол.
Если вы располагаете какой-либо информацией, сообщите об этом 79-33-02, 8-913-609-75-19 или 01 (с сотового 101).