За семь лет на СНИЛС школьницы Арины «прилетело» более десяти миллионов рублей чужих долгов — кредитов, микрозаймов, исполнительских сборов из разных регионов страны. СНИЛС заменить невозможно, уголовные дела раз за разом отменяются, а долги продолжают приходить.
Понять, кто и на каком этапе должен был вмешаться, omsk.aif.ru попросил адвоката Антона Сычёва.
Спокойной жизни не будет?
Сейчас девочке десять лет, и пока риски ощущаются не слишком остро: новые начисления приходят, их приходится оспаривать. Но главная проблема в том, что скомпрометированный номер останется с ней навсегда: по закону СНИЛС не меняют, а значит, база приставов и взыскателей будет помнить этот номер и через десять, и через двадцать лет.
«Пока Арина ребёнок, риски носят в основном бюрократический и моральный характер. Но после получения паспорта и открытия первых счетов чужие производства могут обернуться арестом счетов, ограничением на выезд и отказами в кредитах. Доказывать непричастность придётся уже ей самой», — говорит адвокат Антон Сычёв.
Кредитная история, банковские базы, реестры ФССП — всё это будет хранить следы чужих долгов. Даже если каждое начисление удастся снять, сама запись о том, что номер «работал» в десятках производств, может всплывать снова. Отказ в кредите, вопросы при трудоустройстве, ограничения при выезде за границу, арест счёта в самый неподходящий момент — всё это реальные сценарии, с которыми ей придётся разбираться уже без мамы как законного представителя. И каждый раз доказывать придётся не вину конкретного банка или пристава, а собственную непричастность к этим долгам.
Есть и другая цена — время и силы. Арина растёт в ситуации, где взрослые постоянно пишут жалобы, ходят по ведомствам и ждут ответов. «Из десяти лет жизни семь мы тратим на борьбу с призраками чужих долгов», — говорит её мама Мария Гавриленко.
Номер-призрак / Почему СНИЛС нельзя заменить
По словам Антона Сычёва, внешне история выглядит как сбой, но на деле это закономерный результат того, как устроена идентификация должников. В ответах ведомств постоянно смешиваются три элемента: исполнительный документ (судебный приказ или лист), заявление взыскателя о возбуждении производства и начисление, которое ФССП выгружает в ГИС ГМП и которое «Госуслуги» затем показывают владельцу СНИЛС.
Главная проблема в том, что на стыке систем никто не сверяет номер с человеком. «Последние две цифры СНИЛС образуют контрольное число, но оно выявляет лишь опечатки. Номер реальной девочки абсолютно валиден, и проверка формата его пропустит. А сверка фамилии, имени и даты рождения с данными Социального фонда России при возбуждении таких производств, судя по результату, не проводилась», — объясняет Сычёв.
Ловушка возникла из-за переходного периода: старые судебные приказы не содержат идентификаторов должника. В заявлении представителя банка приставу чужой СНИЛС всё же указали — и заявление приняли, вместо того чтобы вернуть его.
Самая правдоподобная версия распространения номера — тиражирование ошибки. «Однажды ошибочно внесённый СНИЛС закрепляется за записью о должнике, а дальше начинает тиражироваться. Взыскатели и коллекторы, работающие с большими массивами дел, видят, что номер „работает“, раз производство возбуждается, и используют его повторно. Так номер расходится по кредиторам и регионам», — рассуждает Сычёв.
Проверить эту гипотезу может только следствие, запросив у ФССП сведения о том, кто, когда и на каком основании вносил СНИЛС в каждое производство.
При этом просто заменить СНИЛС девочки нельзя: по ФЗ № 27 номер постоянный. Омская прокуратура в 2025 году пыталась инициировать замену в исключительном порядке, но столкнулась с отсутствием такой процедуры. «Даже новый номер не решил бы проблему полностью: старый остался бы в базах приставов и взыскателей», — поясняет юрист.
Защищать — право, а не обязанность?
«Надзор за соблюдением прав и свобод человека — прямая обязанность прокуратуры, однако здесь ведомство само решает, вмешаться или нет. Прокуратура как раз может истребовать нужные данные и кредитные договоры. Почему этого не делает? Потому что у неё нет прямой обязанности обращаться в суд в интересах ребёнка при дееспособном родителе. Это ещё одно белое пятно», — говорит Антон Сычёв.
По его словам, формально позиция прокуратуры — в рамках закона. Часть 1 статьи 45 ГПК РФ и часть 1 статьи 39 КАС РФ позволяют прокурору подать иск в интересах гражданина, когда тот сам не может обратиться по возрасту, здоровью или иным уважительным причинам. У Арины есть мама, но ч. 4 ст. 27 Закона о прокуратуре оставляет ведомству возможность обратиться в суд, когда нарушение приобрело особое общественное значение. «Отказ прокуратуры — это её выбор в пределах усмотрения, не запрет закона», — считает адвокат.
При этом возбуждённые дела раз за разом прокуратура отменяет. Первые три дела по ст. 272 УК РФ были уязвимы: признаков взлома нет, доступ у приставов и взыскателей был законный. Четвёртое дело по ст. 272.1 УК РФ оказалось сложнее: нужен умысел, а статья действует только с 11 декабря 2024 года, тогда как период указан с 2019-го. Однако прокурор вправе отменить постановление о возбуждении не позднее 24 часов, а между возбуждением и отменой прошло пять дней.
Один иск вместо двухсот
«Сразу после серии долгов надо было идти не по каждому производству, а одним комплексным иском о длящемся нарушении», — говорит Сычёв. По его мнению, сейчас оптимально будет подать иск по месту жительства о защите прав субъекта персональных данных в отношении ФССП России, Российской Федерации в лице ФССП (по требованию о компенсации морального вреда) и банка, который, по данным прокуратуры Подмосковья, указал номер ребёнка. С требованием признать использование СНИЛС незаконным, исключить его из чужих производств и ГИС ГМП, не допускать новой привязки и взыскать компенсацию морального вреда.
На требования о защите персональных данных и компенсации морального вреда исковая давность не распространяется. Трёхлетний срок касается имущественных убытков — расходов на юристов, поездки, почту. «По длящемуся нарушению обращаться не поздно. По старым расходам часть сроков может оказаться за пределами — нужен расчёт по датам и чекам», — поясняет Сычёв.
Судебное решение, которым действия приставов признаны незаконными, станет документом, на который Арина сможет сослаться и в двенадцать, и в двадцать пять лет. Переписка с ведомствами, какой бы обширной она ни была, такой силы не имеет.
«Белые пятна» закона
На федеральном уровне, по мнению Антона Сычёва, нужен целый пакет поправок, чтобы решить ситуацию и предотвратить новые. «Срок их принятия может занять минимум несколько месяцев: внесение в Госдуму, три чтения, Совет Федерации, подпись президента. А с учётом согласований — до года», — говорит адвокат.
- В Закон № 229-ФЗ — обязательная автоматическая сверка идентификатора с Соцфондом, МВД и ФНС до возбуждения производства и отдельное основание для отказа в ст. 31.
- В правила ГИС ГМП — показывать начисление только при совпадении номера и анкетных данных.
- В Закон № 27-ФЗ — процедура замены СНИЛС по суду или решению Соцфонда в исключительных случаях.
История 10-летней должницы из Омска
В 2019 году трёхлетней Арине пришёл первый чужой долг за коммунальные услуги с Камчатки. Мама, журналистка Мария Гавриленко, удалила СНИЛС дочери с «Госуслуг». Когда Арина пошла в первый класс, документы привязали заново — и за два дня появились ещё более 30 долгов на 740 тыс. рублей. Их то снимали, то они возвращались. Долги приходили из разных регионов и касались кредитов, микрозаймов, компенсаций по капремонту.
В феврале 2025 года банк повторно подал заявление, указав СНИЛС девочки — выяснилось, что кредит был взят до её рождения. В марте 2025 года прокуратура Московской области подтвердила неоднократное использование СНИЛС ребёнка крупным банком, но уголовное дело не возбудили. В апреле 2025 года Мария публично отказалась от СНИЛС дочери, передав документ представителю Следственного комитета.
Омский следком трижды возбуждал дело по ст. 272 УК РФ — и трижды прокуратура его отменяла. В августе 2026 года возбудили четвёртое дело по ч. 3 ст. 272.1 УК РФ — и снова отменили через пять дней. Пятое дело также отклонено. В июне 2026 года на СНИЛС пришли ещё 28 исполнительских сборов из Белгорода — более 192 тысяч рублей.
Прокуратура назвала это «технической ошибкой» и отказалась защищать интересы ребёнка в суде.
По состоянию на октябрь 2026 года новых долгов нет, но гарантий, что они не появятся вновь, тоже нет. В СУ СК России по Омской области корреспонденту omsk.aif.ru сообщили, что расследование уголовного дела продолжается
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
