Примерное время чтения: 15 минут
457

«Контра» на службе страны Советов. Для чего в Красную армию брали белых

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 43. АиФ в Омске № 43 25/10/2023
Занятия по фитопатологии в сельхозинституте ведёт бывший белогвардеец Мурашкинский, 1927 г.
Занятия по фитопатологии в сельхозинституте ведёт бывший белогвардеец Мурашкинский, 1927 г. Омский Центр изучения истории гражданской войны

О судьбах бывших бело­гвардейцев рассказали омские исследователи истории Гражданской войны. Их работы выходят за рамки изучения братоубийственной смуты, но касаются их участников.

Как прошла адаптация, кто такие лишенцы и военспецы, узнал корреспондент omsk.aif.ru. В центре изучения истории Гражданской войны состоялся круглый стол на тему: «Бывшие белогвардейцы в советском Омске 1920–х годов: коллективный портрет и социальная адаптация». 

Сдавшись на милость

Омск изначально был центром, где еще до 1917 года базировались многочисленные штабные структуры Омского военного округа. Это был бюрократически-казённый город служилых людей. Об этом с долей юмора говорили ещё до революции: в Омске якобы не надо вечером включать много фонарей, так как улицы освещает блеск мундирных пуговиц.

С началом Гражданской войны офицеров в городе стало ещё больше: Омск стал столицей белой России. Наряду с другими антибольшевистскими органами высшей власти здесь появилось Военное министерство. Число высших армейских штабов значительно выросло, создавая под себя инфраструктуру и центры подготовки командного состава. А когда войска адмирала Колчака в ноябре 1919 года оставили Омск, всё это «административное наследие» пригодилось… Красной армии.

«По оценкам чекистов, в середине 1920-х годов условно каждый 150-й житель Омска в годы Гражданской войны служил в белой армии в качестве генерала, офицера, военного чиновника или юнкера, – рассказал кандидат исторических наук, руководитель Центра изучения истории Гражданской войны Исторического архива Омской области, доцент ОмГТУ Дмитрий Петин. – Многие из этих людей попали в плен к частям РККА на рубеже 1919–1920 годов под Омском, Новониколаевском, Красноярском или Иркутском, а затем перешли на советскую службу как армейские или гражданские специалисты».

Новой стране срочно требовались профессионалы, но не абы какие, а политически лояльные. Фильтрационные проверки плененных белых особые отделы и территориальные органы ВЧК проводили в концентрационных лагерях и рабочем батальоне тылового ополчения. В Омске такие концлагерь и батальон находились на юго-восточной окраине города (ныне территория детского эколого-биологического центра, ул. Жукова, 109).

Те белогвардейцы, кто желал перейти на службу стране Советов, должны были получить специальное разрешение от чекистов. При этом они заполняли анкету, писали прошение, куда бы они могли пойти работать. Всё зависело от военной профессии и квалификации. Для служащих важен был профиль деятельности.

Все бывшие офицеры состояли на так называемом «особом учете» в органах ВЧК. Проверки были тщательными, порой, чекисты возвращались к делу о том или ином человеке. За службу в белой армии (в зависимости от характера деятельности) могли наказать весьма сурово: вплоть до расстрела.

Из списков расстрелянных советская власть не делала тайны: такие данные открыто публиковались в газете «Советская Сибирь». Так, в 1920 году расстрельный приговор был исполнен в отношении 148 человек, обвиненных «в контрреволюции»; 28 из них были офицерами белой армии.

«Идейно неблагонадёжный»

На поиски мирных профессий и мирного места службы офицерство активно устремилось после окончания активных военных действий на фронтах. В советских учреждениях имелись многочисленные вакансии педагогов, инженеров и техников, бухгалтеров и счетоводов; хватало и уровня гимназии или реального училища, чтобы найти хорошее место и иметь неплохие перспективы в трудоустройстве. Чекисты отмечали особый дух в общении бывших сослуживцев, корпоративную слаженность и взаимовыручку. Попросту: они помогали друг другу.

«Как раз это и настораживало спецслужбы: договориться о мятеже с такой сплочённостью было вполне возможным. Потому все служебные перемещения бывших белых офицеров в пределах губернии без санкции ЧК не допускались», – отметил Дмитрий Петин.

Бывшие офицеры, в массе своей снятые с особого чекистского учета, вполне мирно прожили вплоть до 1926–1927 годов, когда в стране стала ужесточаться общественная жизнь. В СССР развернулась массовая кампания по лишению «неблагонадежного элемента» избирательных прав: «лишенцами» становились за сам факт службы в белой армии, не важно, на каком посту или в каком звании человек там пребывал. За такой статус могли уволить, исключить из профсоюза, выселить из служебного жилья, а могли и выслать из города. Кадровые чистки активно поддерживали органы ОГПУ и партийные структуры, ставка была сделана на рабочий класс. А многие «бывшие люди», к кому относились и экс-белогвардейцы, воспринимались как чуждый элемент для революционного общества.

Царский генерал-майор и заслуженный деятель науки РФ

«Люди с хорошим образованием и большим профессиональным опытом нужны были Стране Советов, чтобы решать государственные задачи», - говорит кандидат исторических наук, ведущий архивист Центра изучения истории Гражданской войны Исторического архива Омской области Максим Стельмак.

Одна из них – сохранение историко-культурного наследия, в этот процесс оказался вовлечён выдающийся представитель сибирской казачьей интеллигенции и омской дореволюционной общественности, генерал-лейтенант Георгий Катанаев. Он служил в Военном ведомстве при Колчаке, а в советском Омске продолжил свою научно-исследовательскую деятельность, помогая в становлении архивного дела в регионе.

Генерал-лейтенант Георгий Ефремович Катанаев
Генерал-лейтенант Георгий Ефремович Катанаев Фото: Омский Центр изучения истории гражданской войны

Благодаря бывшему прапорщику царской и белой армий Фёдору Мелёхину появился в Омске музей, который сейчас носит имя Михаила Врубеля. Ему удалось собрать удивительную художественную коллекцию.

Фёдор Васильевич Мелёхин.
Фёдор Васильевич Мелёхин. Фото: Омский Центр изучения истории гражданской войны

Военное образование предполагает не только знание дисциплин, но и умение передавать навыки и опыт личному составу. Потому многие офицеры выбрали для себя педагогическое поприще. В 1920-х годах в Омске средоточием науки и образования и первым вузом было учебное заведение сельскохозяйственного профиля (ныне – ОмГАУ им. П. А. Столыпина). Здесь читал лекции военный инженер полковник Павел Голышев, руководивший строительством различных зданий в советском Омске.

Павел Павлович Голышев.
Павел Павлович Голышев. Фото: Омский Центр изучения истории гражданской войны

Никифор Павлов – генерал-майор царского периода и известный деятель науки, основатель научной геодезической школы. В 1918 году печатал деньги для белых властей, потом стал военспецом РККА. А после занял должность профессора в названном вузе.

Никифор Демьянович Павлов.
Никифор Демьянович Павлов. Фото: Омский Центр изучения истории гражданской войны

Его коллега Константин Мурашкинский – биолог с мировым именем, фитопатолог. Служил в царской армии, в белой армии и у Деникина, и у Колчака. С Омском связан его карьерный взлёт, признание и, увы, драма жизненного исхода.

Константин Евгеньевич Мурашкинский.
Константин Евгеньевич Мурашкинский. Фото: ОмГАУ

Александр Иозефер – математик, специалист по дифференциальному исчислению. Подпоручик армии Колчака преподавал в двух вузах, а с его именем связывают развитие парусного спорта, создание яхт-клуб, в котором он стал вице-командором.

Иозефер Александр Львович
Иозефер Александр Львович Фото: Омский Центр изучения истории гражданской войны

Среди выдающихся педагогов, формировавших новое поколение российских инженеров-строителей, был бывший военный инженер, генерал-майор Николай Вараксин.

Николай Евгеньевич Вараксин.
Николай Евгеньевич Вараксин. Фото: Омский Центр изучения истории гражданской войны

Кроме того, в средних образовательных учреждениях Омска в 1920-е годы работали бывшие белые офицеры: генерал-лейтенант Леонид Тимашев, подполковники Авенир Загребин, Гавриил Уфинцев, Апполон Подкорытов, Владимир Шайтанов. Все они играли видную роль в местной общественной жизни. Трое последних также считаются организаторами спорта. Бывший белый офицер Алексей Родоминов разработал календарь спортивных мероприятий.

Подкорытов Аполлон Аполлонович.
Подкорытов Аполлон Аполлонович. Фото: Исторический архив Омской области

Несмотря на скромные канцелярские должности, одним из известных в 1920-е гг. омских музыкантов (играл на альте в симфоническом оркестре в Доме Красной армии) был военный судья Омского военно-окружного суда генерал-майор Николай Сеницкий.

Николай Михайлович Сеницкий.
Николай Михайлович Сеницкий. Фото: Омский Центр изучения истории гражданской войны

В числе бывших белогвардейцев, осевших в Омске, были те, кто осознанно приняли сан православного священника в условиях начала гонений на церковь – это подпоручики Василий Пляскин и Степан Григорьев, а также бывший чиновник военного времени Петр Споданейко.

Епископ Венедикт (в миру Василий Васильевич Пляскин).
Епископ Венедикт, в миру Василий Васильевич Пляскин. Фото: Омский Центр изучения истории гражданской войны

Технические и организационно-хозяйственные навыки, полученные бывшими белогвардейцами, в ходе их профессиональной деятельности нашли широкое применение, в том числе для восстановления и развития экономического сектора Омского региона. Капитан 2-го ранга Александр Розенталь участвовал в организации маршрутной сети по рекам Сибири.

Александр Эдуардович Розенталь.
Александр Эдуардович Розенталь. Фото: Омский Центр изучения истории гражданской войны

Подпоручик Михаил Лебедев работал на центральной электростанции.
Его жизнь на фоне эпохи - пример удачной адаптации, а затем и устройства бывшего офицера царской и белой армии в советское общество, а затем и полноценной реализации. 

Михаил Васильевич Лебедев.
Михаил Васильевич Лебедев. Фото: Омский Центр изучения истории гражданской войны

Генерал-майор Николай Артамонов активно участвовал в формировании и развитии системы местных финансов. До 1924 состоял на особом учёте бывших белых в органах ВЧК-ОГПУ. Лишался избирательных прав. В 1930 привлекался по делу о вредительстве в Военно-топографическом управлении. С 1931, получив инвалидность, работал секретарем зоотехнического факультета Сибирского сельскохозяйственного института. В 1937 году расстрелян. 

Артамонов Николай Николаевич.
Артамонов Николай Николаевич. Фото: Омский Центр изучения истории гражданской войны

Все эти и многие другие имена указаны в  справочнике «Белые офицеры – красная власть»: именной указатель к фондам Исторического архива Омской области (конец 1919 – 1920-е гг.)». В научно-исследовательском издании представлено более восьми тысяч имён бывших офицеров и военных чиновников, которые впоследствии пошли на службу в Красную армию и советские учреждения.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Вопрос-ответ

Самое интересное в регионах