«Этот день не стереть из памяти». В Омске на дорогу упал строительный кран

26 октября 2015 года — дата, которая не забывается. Ровно 11 лет назад в центре города Омска рухнул башенный кран — и за несколько секунд перечеркнул сразу несколько жизней.

Оmsk.aif.ru вспомнил трагедию.

«Маленький, держись!»

То утро начиналось как обычный осенний понедельник. Семья Богдановых возвращалась из поликлиники: Дмитрий за рулём, рядом — жена Юлия, на заднем сиденье — сыновья Игорь и маленький Егор. Дмитрий работал мастером систем на железной дороге, Юлия была помощником федерального судьи. В семье любили спорт, мечтали, строили планы. Казалось, впереди — долгая, счастливая история.

А на стройплощадке апарт‑отеля «Маршал» уже назревала беда. Позже экспертиза покажет: у крана не работал один из тормозов передвижения. Из‑за этого многотонная махина не смогла вовремя остановиться, сбила тупиковые упоры, сошла с рельсов — и рухнула прямо на проезжую часть.

Под тяжестью конструкции оказались две машины. В одной из них — семья Богдановых. В тот вечер город замер: новость о трагедии разлетелась мгновенно. А на месте работали спасатели. Два часа они буквально выцарапывали жизнь из груды искорёженного металла. Сквозь грохот и скрежет они услышали слабый плач. Это был четырёхлетний Игорь.

«Маленький, держись!» — эти слова спасатель бросил в темноту, и они стали для мальчика опорой в ту самую минуту, когда весь мир рушился. Рискуя собой, спасатели вытащили ребёнка. Он остался единственным выжившим в той машине.

Жизнь после

Сегодня Игорю уже 15 лет. Он растёт под крылом бабушек, которые стали для него главной опорой. Память о родителях живёт в его рассказах, в фотографиях, в тех мелочах, что бережно хранят близкие. Он хорошо помнит отца — узнаёт его на снимках, будто ищет в чертах лица знакомые жесты и улыбку. Образ мамы постепенно стал менее отчётливым, но не исчез: он живёт в интонациях, в семейных историях, в тепле, которое она дарила.

Бабушка Игоря, мама погибшей Юлии, в одном из интервью призналась: мальчик не просто держится — он старается жить так, чтобы не подвести тех, кого потерял. И в этом есть особая, тихая сила.

Для родных погибших время не стало лекарством. Мама Дмитрия, Ольга Владимировна, в интервью говорила о случившемся так:

«Это не халатность даже, я считаю, это умышленное убийство. Знали ведь, что рано или поздно кран упадёт, что это будет чья‑то смерть, но им плевать на всё».

Цена ошибки

Следствие показало, что трагедия стала результатом цепочки грубых нарушений. Кран эксплуатировали с неисправным тормозом, контроль за безопасностью был формальным, а ответственность — размытой.

Перед судом предстали четверо:

Виктор Полукаров, соучредитель компании «Жилстрой», — 4 года лишения свободы;

Константин Семёнов, гендиректор, — 3,5 года;

Сергей Маслёнкин, начальник участка, — 3,5 года;

Фёдор Елькин, машинист крана, — 2 года.

Параллельно с уголовным делом, семьи погибших подали в суд гражданские иски о возмещении морального вреда и материального ущерба. Они просили по 3 млн рублей за каждого погибшего, чтобы зачислить деньги на счёт осиротевшего внука.

Суд года частично удовлетворил требования.  С Федора Елькина, Виктора Полукарова, Константина Семенова, Сергея Маслёнкина постановлено взыскать в солидарном порядке в пользу истцов почти 4,3 млн рублей в качестве компенсации причиненного морального вреда и материального ущерба. С компании-застройщика суд постановил взыскать в пользу истцов 13 млн рублей.

Суд вынес приговор, деньги взысканы, виновные наказаны. Но разве можно измерить в рублях то, что потерял четырёхлетний мальчик в одно осеннее утро? Разве можно вернуть родителей пятнадцатилетнему подростку, который учится жить с этой пустотой?

Остаётся только память. И она живёт — в рассказах бабушек, в семейных альбомах.

Трагедия у «Эгоиста». Влюблённые погибли, обсуждая свадьбу в Омске Подробнее