aif.ru counter
429

Ёлки-палки. В Омской области бесконтрольно вырубают лес

Незаконная вырубка лесов не только эстетическое преступление, но и экологическая беда.
Незаконная вырубка лесов не только эстетическое преступление, но и экологическая беда. © / pixabay.com

По словам экспертов, в советское время на севере Омской области профильным направлением деятельности была заготовка древесины. По данным из статистических сборников – только один Тарский район с двумя леспромхозами в год давал минимум 1 млн кубометров древесины.

Скрытый миллион

Сейчас, по официальным данным, объём заготовок древесины по всей Омской области колеблется в пределах 200-250 тысяч кубометров. Но на самом деле, по экспертным оценкам, объём фактически заготавливаемой древесины составляет примерно столько же, сколько и в годы СССР: всё тот же 1 млн кубов только по одному Тарскому району.

Этот район в силу исторических причин всегда был наиболее освоенной частью северных территорий Омской области. За более чем 400-летнюю историю Тары здесь появилось достаточное количество населённых пунктов, территория естественным образом была окутана дорогами. Заготовка древесины - трудоёмкий процесс, наиболее затратная составляющая его - создание транспортной инфраструктуры до делянок, которая ложится на плечи заготовителя. Расходной частью считается и уборка делян после вырубки. В совокупности эти действия могут составлять 50-70% от всех расходов предпринимателя. Бросая порубочные остатки и пользуясь уже существующими дорогами, горе-предприниматели могут безболезненно и с серьёзной экономией вырубать леса прямо вокруг посёлков. Не заботясь о том, что высушенные порубочные остатки могут привести к распространению пожаров вблизи места проживания людей.

Промышленные объёмы не вполне законной вырубки, судя по всему, обставляют как санитарные рубки территорий после низовых лесных пожаров. 

Активисты и общественники объясняют, что их лучше назвать «псевдосанитарными». На участках леса, пострадавших от низовых пожаров, как правило, вырубаются деревья в гораздо большем объёме, чем заявляется первоначально. Счёт избыточной вырубки идёт на тысячи деревьев, то есть тысячи кубометров древесины. Один кубометр на рынке стоит 3,5 - 4 тыс. руб., и все эти доходы идут мимо регионального бюджета, да и вообще мимо какой бы то ни было казны.

На одном из лесных участков активисты обнаружили, что переруб составляет 960 деревьев. Причём в документах указывается, что вырублена была ель, но по пенькам специалисты легко могли установить, что многие из вырубленных стволов – совершенно здоровые сосны.

Когда представители Общероссийского народного фронта обратились к правоохранителям, то выяснилось, что проверка компетентных органов показала совсем иные, заниженные результаты. В итоге общественники подозревают чиновников в ангажированности. Люди понимают, что кроме них за лесами никто следить не будет.

«Один из участков леса на севере Омской области был предназначен для таких санитарных рубок ещё в 2015 году. Но по каким-то причинам специалисты управления лесного хозяйства  по Новосибирской области прислали в регион своих специалистов, которые и сделали заключение, что производить рубки в заявленном виде на местности не стоит. По мнению экспертов из соседнего региона, на участке встречается незначительное количество больных елей, к тому же болезни ели на сосну не переходят. Нам казалось, что нас услышали, и участок будет изъят из аренды. Но в 2016 году, минуя новосибирцев, местное управление лесами всё-таки отдаёт эти земли под санитарные рубки. Этот участок леса пропал», - сокрушается общественник и защитница лесов Людмила Жукова

Закон? Гори огнём!

Вокруг Омска, в полном соответствии с законом, формируется так называемый зелёный щит. Вернее он должен был формироваться, но на практике в зонах, где защитные лесопосадки должны быть осуществляться, также не удаётся обойтись без злоупотреблений и вырубок. В районе села Усть-Заостровка или в Красноярской зоне общественники насчитали десятки или даже сотни футбольных полей, где выпиливается лес подчистую, после низовых пожаров.

«Каждый год в Красноярской зоне горят леса. А ведь это рекреационная зона и настоящий зелёный щит вблизи промышленного Омска! Её нужно беречь и лелеять. Все пожары связаны с человеческим фактором. Не так-то сложно вычислить тех, кому они выгодны. После таких низовых пожаров начинаются сплошные санитарные рубки. «Специалисты» не ждут, что деревья отойдут от огня, - они сразу дают разрешения на уничтожение деревьев. А потом начинают восстановление лесов очень низкого качества. Этот беспредел нужно прекращать! Но взаимопонимания в этом вопросе между общественниками и управлением лесного хозяйства региона как такового нет», - продолжает Жукова.

Люди, часто путешествующие по трассе Омск-Тара, могут увидеть вереницы грузовиков, везущих лес. Их не встречает ни один пост, на котором у водителей можно было бы выяснить законность происхождения леса. Ночью фуры вообще идут одна за одной. Общественники утверждают, что десятки и даже сотни машин с неучтённой древесиной невозможно не заметить в местах проведения активных, но неконтролируемых  вырубок. Однако чиновникам это удаётся. Представители ОНФ уверены, что ряд должностных лиц вовлечены в незаконный оборот, а есть и те, кто просто не находит в себе силы замечать происходящее, понимая личные риски за подобную активность.

Пострадала за свою общественную позиция и сама Людмила Жукова. Недавно у неё сожгли баню, а в общей сложности это был уже шестой поджог её жилья за годы неустанной борьбы за зелённые лёгкие её родного Тарского района. Несмотря на появление видеозаписи инцидента, фоторабота предполагаемых виновников пожара так никто и не представил. И вряд ли их найдут.

«Один раз несколько лет назад полностью выгорел дом. Его облили соляркой, а потом забросали коктейлями Молотова. Тогда сгорел дом и хозпостройки, была даже вероятность, что загорится тайга. Верховой пожар мог уничтожить всё село, да и лес вокруг. Всё это пережито, исполнителей я простила – они не ведали, что творят. А вот заказчик наверняка занимается лесом. Мне ведь и до пожаров звонили, предлагали «дружить». Но не могу я так. Когда я вижу, сколько леса вывозится, то понимаю, какая процветает коррупция, какие суммы идут мимо бюджета Омской области! А ведь леса скоро не останется. Я обращаюсь к чиновникам: в Усть-Таре прекрасный бор, давайте запретим вырубки! Эта территория после реликтового Екатерининского бора должна была стать природоохранной территорией. Но там прямо сейчас идут вырубки»,  -  рассказывает Жукова.

В дрова…

Да и с Екатерининским бором не всё так радужно. Тарские общественники борются за него 13 лет. Минприроды региона пошло навстречу жителям и решило вернуть этой территории утраченный ранее статус особо охраняемой природной территории (ООПТ).  При этом в СМИ часто появляются материалы о том, что до старта общественных слушаний главное управление лесного хозяйства всячески препятствует созданию этой охраняемой территории. В частности, у активистов есть аудиозапись, на которой руководитель главного управления Сергей Максимов говорит, что из-за общественников все жители останутся без дров. Максимов парирует:

«Екатерининский бор в аренде уже более восьми лет. И действительно, если это будет ООПТ, то возникнет ряд проблем, в том числе и по заготовке дров местному населению, а также по охране этого участка, когда этот бор станет заказником. Так как с управления снимается ответственность за тушение лесных пожаров и госконтролю, потому что территория переходит в состав ООПТ. Мы не против того, чтобы этот бор стал особо охраняемой природной территорией, но ряд вопросов, которые могут возникнуть при создании ООПТ остаются».

Общественники с сарказмом переспрашивают: «Территория ООПТ – хвойный лес, там растёт сосна, а топят дома отнюдь не хвойными породами. Так чем Екатерининский бор мешает заготавливать берёзу для печей?». Установить причинно-следственную связь в словах чиновника и правда не всегда удаётся.

Зампред правительства региона Владимир Компанейщиков, считает, что между активными людьми и органами власти нет адекватного диалога:

«Такой подход, когда некоторые чиновники говорят, что они лучше жителей знают и лучше разбираются в той или иной теме, и не хотят воспринимать мнения общественности всерьёз – могу назвать чванством, и даже вижу в нём признаки коррупции. Черная вырубка леса – это большой теневой бизнес, большие деньги выводятся через какие-то схемы. К сожалению, такие доходы могут использоваться и для коррумпирования тех или иных чиновников на местах», - прозрел один из опытных руководителей Омской области.

От редакции: Отрадно, что недавно прибывший в регион врио губернатора Александр Бурков с первых дней работы проводит совещания по действительно важным вопросам жизнедеятельности Омской области. Важно, что темой одного из первых заседаний стала вырубка лесов и загазованности областного центра. Судя по резкости принятых к сведению выводов, очевидно, что Бурков решил в достаточно оперативном режиме разрубать те гордиевы узлы, которые  скопил в регионе за пять лет «тишайший» Виктор Назаров. Омичам остаётся надеяться, что новый глава региона не растеряет запал в первые дни работы. 

Кстати
Ещё более серьёзные проблемы с незаконными вырубками лесов испытывают наиболее лесистые территории восточной части России. В первую очередь приграничные или близко расположенные с Китаем регионы Восточной Сибири и Дальнего Востока: Иркутская область, Бурятия, Якутия и так далее. Например, за вторую половину 2015 и весь 2016 год, в Иркутской области противозаконно было вырублено свыше одного миллиона кубометров леса. Однако, по подсчётам приангарских экспертов, эту цифру есть смысл увеличить по меньшей мере в 10 раз.

Министр в опале

Александр Бурков, врио губернатора Омской области:

Александр Бурков

«‬‬‬‬‬‬‬‬Вырубка лесов - один из важных вопросов экологической обстановки региона. Спасибо общественникам, они подняли эту тему. Мы видим, что министерство природных ресурсов региона не готово предоставить комплексной программы решения. В принципе властям нужно услышать сегодня людей, жителей региона. Они приходят и спрашивают: «А зачем нам все эти структуры, которые не могут нас защитить, которые утверждают, что нет выбросов, нет грабежа лесного фонда?»

Профильное министерство не координирует деятельность по сохранению деревьев. У нас в Омской области есть космический мониторинг леса, благодаря чему мы в идеале можем видеть, какая площадь вырублена. Казалось бы, это хорошо, но в УВД нам сообщили, что в полиции получают данные только через шесть месяцев. О какой оперативности может вестись речь? С одной стороны, деньги на мониторинг потрачены, но правоохранители эти сведения получат через полгода!

Во время рабочего совещания по экологии, которое было посвящено вырубкам деревьев и проблеме с загрязнением воздуха в городе, я увидел неудовлетворительную работу министра природных ресурсов. Ему это поставлено на вид, будет проведено служебное расследование, почему министр не принял конкретных мер по предотвращению выбросов. Это либо халатность, либо личная заинтересованность».

Масштаб поражает воображение

Игорь Новошинский, юрист:

Игорь Новошинский

«В связи с тем, что теневая заготовка древесины ведётся в огромных промышленных масштабах, лица, которые зарабатывают на вырубке, стараются максимально ускорить процесс и снизить свои затраты. Мы не можем говорить, что на севере региона орудуют банальные «чёрные» лесорубы, то есть обычные жители сельской местности, которые ночью пилами валят лес и увозят его. Объёмы заготовки составляют сотни тысяч кубометров, без организации и содействия со стороны контролирующих структур этого сделать нельзя.

В итоге спешка и желание сорвать куш приводят к тому, что при перемещении на новые деляны, которые ещё не были затронуты вырубкой, древесные остатки бросают прямо на месте. Лесозаготовители выпиливают лишь среднюю часть ствола, а остальное бросают. В итоге эти завалы приводят к тому, что новый лес на такой местности не вырастет.

Я уже не говорю о «перепилах», то есть выходе за пределы определённых делянок, не говорю и о заготовке не тех деревьев, которые были разрешены материалами лесоустройства. Например, часто бывает, что получено разрешение на вырубку елей, а страдают сосны. Часто под видом выборочных санитарных рубок проводят сплошные. Перечислять нарушения можно бесконечно».

Дырявый щит

Владимир Гутенёв, депутат Государственной думы:

Владимир Гутенёв

 «В деле формирования «зелёных щитов» вокруг города, которые создаются по закону, принятому Госдумой, омский регион не на высоте. Общественные активисты обращались к предыдущему губернатору с просьбой оказать содействие и инициировать перевод ряда территорий в иной статус. Мы же не можем формировать вокруг крупных городов лесопарковые зелёные пояса фрагментарно. Это должно быть комплексное решение, где леса не представляют собой ограниченные оазисы, а соединены ландшафтами, водо-болотными территориями.

В рамках рейда мы выехали на одну из точек формирования зелёной зоны в Усть-Заостровке. Хотелось посмотреть, соответствуют ли действительности сигналы о неэффективном использовании бюджетных денег. Налицо формально выполняемое лесовосстановление. По факту мы должны были увидеть пяти-семилетние деревца, которые  должны были уже зеленеть, на практике нас ждали пожухлые и умершие сосны. Такие лесопосадки кроме ущерба бюджету ничего не могут принести.

Лесная территория неподалёку от Усть-Заостровки должна была получить статус особо охраняемой природной территории и войти в тот контур зелёного щита, который позволил бы обеспечить жителям региона возможность дышать чистым воздухом. Вместо зоны ООПТ мы обнаружили жилую застройку, а также варварски срезанный плодородный слой почвы. Последний - это ещё один вид антиэкологичного бизнеса, который процветает в Омской области наряду с незаконными рубками леса».

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество