aif.ru counter
522

Комфортная тайна. Омский эколог о скверах и прямых дорожках

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 30. АиФ в Омске 27/07/2016
Деревьев в Омске меньше и меньше, а клумбы появляются практически на каждом шагу.
Деревьев в Омске меньше и меньше, а клумбы появляются практически на каждом шагу. © / Дмитрий Мазур / АиФ

В начале лета после известий о вырубке сквера у ДК «Химик» под очередную точку общепита активисты привязали себя к деревьям. Итог, правда, не радует: снос деревьев всё равно состоялся. Так что же у нас за город-сад такой, если его жителям приходится так яростно протестовать против вырубок?

О проблемах благоустройства областного центра «АиФ в Омске» рассказал Сергей Костарев, эколог, доктор философских наук.  

У нас XIX век

Дмитрий Мазур, «АиФ в Омске»: Когда такие акции эффективны?

Сергей Костарев

Сергей Костарев: Это зависит от каждой конкретной ситуации, хотя, если рассуждать философски, то любая акция имеет какой-то эффект. Иногда этот эффект заметен сразу, например, в случае с протестами против установки колеса обозрения в Воскресенском сквере, когда два месяца борьбы заставили власти отказаться от этой идеи. Ситуация со сносом деревьев на Красном Пути, от судоремонтного завода до остановки «Городок водников», разрешилась за две-три недели. С другой стороны, вроде такая яркая акция у ДК «Химик» не возымела успеха.

- Там всё-таки будет построено это заведение общепита?

- Не знаю, деревья уже вырубили. Я считаю, что имеет смысл бороться именно до того момента, когда ещё деревья не уничтожили. Потом какой смысл протестовать? Деревьев-то уже нет. Целью такой акции может служить разве что некое предостережение на будущее.  

- В связи с 300-летием Омска  продолжается информационная кампания по озеленению города. Насколько слова в этом смысле расходятся с делом?

- Я против любых санитарных вырубок в черте города. У нас немало территорий, не имеющих деревьев - пожалуйста, озеленяйте! Напротив, то, что в городе происходит, напоминает какой-то агрономический подход. Но санитарные вырубки уместны где-нибудь в тайге, когда выпиливается несколько гектаров, и ещё остаются бесконечные пространства леса.  В городе же нет таких территорий, где всё можно вырубить, а потом надеяться, что в течение жизни одного поколения там что-то вырастет. В Омске совершенно непонятный для меня подход к озеленению, в отличие от других цивилизованных городов.

- Даже российских?

- И российских - в том числе. Вот Москва, например. При всех недостатках всё-таки в столице преобладает комплексный подход. Не строят там повсеместно одинаковые скверы с прямыми дорожками и невозможностью посидеть в тени. Я насчитал восемь-девять вариантов разных скверов и парков, которые в современных городах реализуются. А у нас только один вариант выбрали, я его называю «сквер для показухи». Прямые дорожки, где всё насквозь просматривается, по которым ветер гуляет, и где растут некоторые декоративные растения. Посмотрите, у нас всё одно и то же: что на левом берегу, что на Валиханова, что сейчас на Любинском проспекте - везде вариант такого пафосного сквера. И в результате для человека нет места, где бы он мог отдохнуть в центре города, но при этом в тени и тишине.

В Омске появился ротари-парк.
В Омске появился ротари-парк. Фото: АиФ/ Александра Горбунова

- Человеку даже трудно дойти по улице Валиханова в летнюю жару от проспекта Маркса до набережной, не рискуя быть «расплавленным» солнцем…

- …не сгорев на солнце, не наглотавшись пыли, не насмотревшись на засыхающие деревья. Мягко говоря, там некомфортно, не говоря уже об эстетической стороне вопроса. Я допускаю, что есть люди, которым нравится такой дизайн. Но есть и те, для кого такой тип построения скверов неприемлем. Ведь невозможно всех горожан построить под одну гребёнку. Один такой сквер, как на ул. Валиханова, в городе уже есть, но рядом должна быть другая улица, с иными принципами построения, где нет гранита, но есть лавочки, стоящие в тени деревьев. Поэтому такой подход  - просто всё срубить и посадить по линейке - это пусть не XIX век, но где-то рядом. Лет 50-70 назад, в советской градостроительной архитектуре, может быть, это было актуально.

Сейчас в большинстве развитых стран мира уже поняли, что человеку не нравятся простые формы, он от них устаёт. Это не моя точка зрения, а точка зрения урбанистов начиная ещё с XVI-XVII веков. Вспомните извилистые улочки средневековых городов. То есть надо создавать некую сложность, когда вы входите в сквер - и вам не видно, что уже метров через 200 начинается магистраль с несущимися автомобилями. Вы должны пребывать в какой-то комфортной тайне. К сожалению, у нас нет возможности общаться с природой напрямую. Я не знаю, куда в Омске, кроме Чернолучья, можно поехать, а это довольно далеко. Не каждый день удобно туда ездить, поэтому нам непосредственно в городе необходимы такие места, где можно отдохнуть от городского ритма. Говорят, осталось в Омске одно такое место - парк Победы. Он как раз и представляет собой участок, отделённый от всех магистралей, где можно 300 метров отойти - и оказаться словно в лесу.

Где работа над ошибками?

- По вашему мнению, не было даже попытки проанализировать просчёты, допущенные во время строительства улицы Валиханова?

- Власти уверены, что не ошибаются. И это плохо. Мало того, они этим хвастают, используют даже какие-то международные оценки. Мол, фотография улицы Валиханова победила в фотоконкурсе - следовательно, сквер удался. Но можно самое ужасное место в городе сфотографировать так, что фотография победит в каком-нибудь конкурсе, и это не значит, что это место хорошее. Наверное, много людей поддадутся на удочку пропаганды, будут думать, что так и надо, что это красиво. Но ведь у нас считаются красивыми и крашеные автомобильные покрышки, вкопанные в землю, или лебеди, вырезанные из шин. Если у нас такая эстетика, то мне очень жаль наших людей, потому что красота, в моём понимании, - это нечто другое. Это, например, замысловатое дерево, которое росло многие годы, имеет свои традиции, вы можете на него смотреть и представлять, что когда-то кто-то гулял в его тени. А у нас такая видоизменённая характеристика красоты - и самое страшное, что всё это попало в документы, которые красиво называются. Я в своё время критиковал программу создания города-сада. Критиковал начиная с её названия. Ну, не читали чиновники английского социолога-утописта Эбинезера Говарда «Города-сады будущего» - это же очевидно. Зачем вы используете бренд для того, что заведомо не будет этим? То, что вы пытаетесь создать, это скорее город-клумба, потому что высаживают однолетние цветы, декоративные растения типа туи. Всё приземистое, маленькое. Это и есть клумба. Сад - это деревья, много деревьев. Сама концепция Говарда подразумевает создание небольших населённых пунктов, сочетающих лучшие свойства города и деревни. Омск далеко не такой.  Нет, в мире встречается всякое, скажем, японский сад камней, но это уже что-то совсем другое.

Власти уверены, что они не ошибаются.

- Это скорее уже метафора.

- Да, и у нас метафора: город-клумба. Если Омск так называть, то всё у нас делается правильно. Высаживают разные растения, тратят на эти цели ежегодно десятки миллионов рублей, создают какую-то непонятную красоту. Конечно, тюльпаны и другие цветы - это замечательно, но они радуют взгляд примерно неделю, а затем на этом месте вырастают какие-то сорняки. Как сообщали недавно соцсети, прямо среди цветов в центре города каким-то случайным образом выросла конопля, что стало поводом для многочисленных шуток. Кому-то нравится над собой смеяться, мне - нет.

Ненужная плотина

- Кроме неудачного благоустройства, можно привести и другие примеры ошибок. По вашему мнению, что же всё-таки делать с недостроенным Красногорским гидроузлом?

- Моё мнение очень специфическое, а может быть, даже парадоксальное: я счастлив, что не хватило денег на этот объект. Но одновременно мне грустно, потому что денег всё-таки было потрачено много. Когда я 2011 году в своём блоге предположил, что потратят 2 млрд рублей и успокоятся,  я, к сожалению, ошибся - потратили 5,5 млрд рублей. И не успокаиваются. Хотя изначально это строительство было бессмысленным с точки зрения экономики и вредным с точки зрения экологии. Это было очевидно для людей, которые работают с рекой десятилетиями, это было очевидно почти для всех экспертов. Правда, некоторые  стали менять свою точку зрения, но человек, который меняет свою точку зрения на противоположную и стесняется открыто об этом заявить, для меня перестаёт быть экспертом. Для меня всегда было ясно, что Красногорский гидроузел -  вредная затея, а примерно с 2013 года мне стало ясно, что его никогда не построят. Тогда же мне и ряду моих коллег довелось пообщаться с представителями ныне обанкротившегося «Мостовика». И они как-то обречённо сообщали, что  такой проект нельзя было принимать. Они выиграли тендер, по сути не зная, что им предстоит делать. Например, требовалось раскопать всю эту глиняную основу и вместо неё обустроить  песочную плотину.

- То есть фактически целиком заменить местность!

- Сделать вместо места, которое не могло быть плотиной, такое, которое могло бы им стать. Понятно, что они на этом прогорели, не хватило им денег на переделку проекта. Но именно тогда мне стало очевидно, что любой человек, который хоть что-то соображает в инженерии и технике, будет сопротивляться реализации этого проекта. Однако сейчас плотина по-прежнему включена в государственную программу - следовательно, региональному правительству поручено эту государственную программу выполнить, хотя там сейчас сидят люди, которые никакого отношения к этой затее не имеют. Когда недавно на очередном круглом столе обсуждали, что же делать с плотиной, вкладывать ли в её  поддержание 500-600 млн руб. ежегодно, я сказал, что надо просто про этот объект забыть. И река его быстро-быстро смоет. Понятно, что мы уже потеряли 5,5 млрд руб. Разумеется, это трудное политическое решение, но терять каждый год ещё по полмиллиарда - значит повторять одну и туже роковую ошибку. Тем более специалисты МЧС заявляют, что никакой проблемы это не создаст, рядом нет жилых районов, нет сооружений для персонала. Надо оставить плотину - и природа сама сделает своё дело.

- Другой объект – омское метро. Он напрямую не относится к экологической проблематике. Но тем не менее этот объект столь же утопичен, как и Красногорский гидроузел?  

- Он был утопичен, но имел хоть какое-то экономическое обоснование. Я хорошо помню, как своё время предлагали модифицировать городской транспорт, частично перевести его под землю. Конечно, с точки зрения современных систем транспорта метро для нашего города - слишком дорогое удовольствие. Это тоже было ясно сразу, поэтому ещё в середине 90-х предлагалось строить скоростной трамвай. Тогда это было действительно инновационное решение, видимо, настолько инновационное, что у нас вдруг сработал советский менталитет - и вернулись к идее традиционного метро, которая так и не осуществилась.

Надо понимать, что в Омске уже функционируют две транспортные системы, в том числе обычный трамвай, но эти системы разорваны. Свяжи мы эту цепочку воедино легкорельсовым транспортом, у города бы появился шанс решить транспортную проблему. Тем более производители трамваев из Чехии предлагали у нас реализовать сборочное производство. Конечно, эта идея тоже потребовала определённых средств, но зато мы пошли бы нетривиальным путём – и у нас бы получилось чего-то добиться. Ведь строительство трамваев, которых явно в России не хватает, а в Сибири вообще никто не производит, стало бы инвестиционной составляющей нашего города в целом. И наконец-то была бы удовлетворена потребность омичей в эффективном невредном транспорте. Это направление использования метро мне кажется единственно верным.

ДОСЬЕ
Сергей КОСТАРЕВ. Российский учёный, эколог, профессор кафедры по связям с общественностью ОмГУПС, доктор философских наук. Автор и соавтор четырёх книг, более 140 научных публикаций и учебных пособий. Привлечённый эксперт Европейской экономической комиссии и ОБСЕ по вопросам трансграничного управления водными ресурсами. Руководитель и ключевой исполнитель международных, межрегиональных и региональных проектов.

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Вопрос-ответ

Самое интересное в регионах